День 5
Рано утром, чтобы увидеть рассвет, поднялся на смотровую площадку нашей замечательной гостиницы со скалами снаружи и внутри. Вид оттуда красивый, но солнце запоздало и с трудом выползло из-за закрывавших горизонт туч.





Во время завтрака увидели, как вдалеке пролетели несколько воздушных шаров. Не отказались бы и мы полетать на таком, но цена этого удовольствия кусается — 600 долларов. Выехав на «промысел», отправляемся к месту, где можно встретить львов.

Кстати, о львах. Мы едем и видим, что в одном месте собралось три десятка машин. Ждут. Ещё ждут. И ещё. Наконец, один из водителей тычет пальцем куда-то. Всмотревшись, вижу жёлтое пятно. Зачёт, едем дальше. Кучка машин ждёт появления гепарда. Ждёт безрезультатно. В следующей точке удается рассмотреть вдалеке двух львиц, вскоре скрывающихся в высокой траве. Дальше видим львицу, которая дрыхнет на спине, подняв вверх все четыре лапы.Ещё в одном месте в бинокль четко видна голова льва. Шутим, что из всех увиденных частей можно составить одного целого льва.


Наконец, покидаем этот район и отправляемся в восточную часть Серенгети, где ещё не были. По пути изредка встречаются газели разных видов, зебры, одинокий страус. Дорогу перебегает гурьба мангуст и скрывается в траве.


Долго едем по совершенно пустынной местности, ровной, как стол, без единого деревца. Пейзаж оживляют только виднеющиеся там и тут нагромождения огромных камней, напоминающих иногда старинные развалины. На них много деревьев, которым удается пустить корни в расселины между камнями, что они не могут сделать на равнине из-за твердой подложки тонкого верхнего слоя почвы. И вдруг — удача! В тени одного из таких каменных холмиков дремлет львица с четырьмя довольно крупными, порядка шестимесячных, львятами.


Машины кружат вокруг холма, подбираются к компании со всех сторон. Нам удалось подъехать к двум львятам метра на три, посмотреть им прямо в глаза. В их глазах — полное равнодушие. А у нас — восторг! Львята встают, ложатся, а мы все смотрим и не можем насмотреться. Вот это — апофеоз. С трудом отрываемся от львов, и наш водитель полным ходом несётся к выезду из парка.

Дело в том, что мы решили поменять программу и не ночевать ещё одну ночь в Серенгети, а провести её за пределами парков. Это разгрузит последние дни и даст время для неспешного посещения племени, говорящего на языке щелчков. Но путь далек, и надо спешить.


По пути останавливаемся на смотровой площадке, чтобы с высоты ещё раз глянуть на великолепный Нгоронгоро. Выезжаем из него в 17.56, за четыре минуты до закрытия шлагбаума на ночь. В гостинице нас встречают горячими полотенцами для освежения и соком. Стирают с наших чемоданов и сумок толстый слой пыли, а мы идём смывать ее с себя и вытряхивать из одежды. Главная задача сафари — посещение заповедников — завершена.
День 6
Распростившись с симпатичными и гостеприимными ребятами из нашей предпоследней гостиницы, мы отправились в гости к двум примитивным племенам.
Первыми были хадзабе, живущие около озера Эяси. Их ещё называют бушменами. Это одно из немногих сохранившихся на земле племен охотников-собирателей, жизнь которых практически не изменилась за последние 10000 лет. Их первые контакты с внешним миром начались менее 60 лет тому назад. Посещающие их сейчас туристы стали неплохим новым источником их дохода.
Мы пожертвовали на их благосостояние 50 тысяч шиллингов, что равно двадцати долларам. Нас сопровождал гид-переводчик, так как хадзабе говорят только на своем языке, частью звуков которого являются щелчки.

Надо сказать, что когда мы вошли в рощицу, где нас ждала группа членов племени, мы испытали совершенно особое чувство, которое можно испытать только при встрече с чем-то совершенно необычным, уникальным. Казалось, что мы вышли из машины времени.

Хадзабе уже поднаторели на приеме гостей, и один из них, молодой парень, взял в руки их главное оружие — лук и стрелы — и начал очень выразительно рассказывать о назначении каждой стрелы, наглядно сопровождая рассказ демонстрацией сцен охоты. Он также продемонстрировал нам искусство добывания огня путем трения двух палочек. Его попытки научить нас добывать огонь и издавать щелкающие звуки оказались безуспешными. Мы бы тут не выжили.
После этого члены племени продемонстрировали нам свое искусство владения луком и стрелами, попадая в цель без единого промаха. Они также дали нам урок стрельбы, и наши стрелы легли не так уж далеко от цели. После этого мы пошли знакомиться с их женщинами и детьми, проводящим дневное время в стороне от мужчин. Встреча закончилась сопровождаемым пением танцем, в котором принимали участие как хозяева, так и гости. Было здорово.



От хадзабе мы проехали к живущему неподалеку племени датога, искусным кузнецам, снабжающих в том числе металлическими наконечниками стрел своих соседей хадзабе. Датога не берут мзду за право пообщаться с ними, но изготовляют на продажу неплохие латунные браслеты, наконечники стрел и ножи в деревянных футлярах. Их мастера продемонстрировали нам свое искусство плавления и ковки металла, женщины показали, как они мелют кукурузу, а мы внесли вклад в их экономику, купив десять браслетов и нож и продемонстрировали, в свою очередь, искусство торговаться.
После очередного пикника на природе мы отправились в долгий путь в гостиницу в Аруше, заехав во дороге в гигантский сувенирный магазин (цены поднебесные), в результате чего добрались до ночлега почти в 9 вечера.
День 7
Вот и подходит к концу мое неожиданное для самого себя посещение Африки. Сегодня с утра (относительного, в 11) нас забросили в т. н. Культурный центр, который размещается в красивом современном здании и фактически представляет собой огромную художественную галерею, где можно приобрести работы местных художников, скульпторов, резчиков, ткачей и. т. д. Цены для толстосумов.

Рядом — огромный сувенирный магазин с ценами чуть ниже, чем в других местах. На входе посетителей встречают раскрашенный абориген и оркестр народных инструментов. В общем, раскручено по всем правилам. Тут же разные павильоны: изделий из бус, полудрагоценных камней (хотя танзанит из-за его цены скорее можно назвать высокоценным), тканей, одежды сувенирного типа, а также ресторан и кафе.


Но самое большое впечатление на меня произвели сотни фигурок и фигур зверей и людей, поодиночке и в композициях, разбросанных по всей немалой территории этого комплекса и выполненных с большим мастерством и нередко с юмором. Хотелось все заснять и увезти с собой. Тут можно провести чуть ли не целый день.






Но время поджимало, и мы поспешили в гостиницу, где только успели погрузить чемоданы и, не успев съесть полагавшийся нам ланч (и хорошо, закормили уже), полетели в аэропорт. Здесь наша компания разделилась: двое уехали отдыхать на Занзибар, а я возвращаюсь домой.
Кстати, по дороге в аэропорт мы увидели красивое здание католической церкви и на стрелке, указывающей дорогу к ней, надпись «кониса» (церковь), слово, явно ведущее свое происхождение от «кнесет». Наверное, пришло из Эфиопии. И ещё видели, и не в первый раз, школу с вывеской «шуле», а не «скул», как в большинстве мест. Это название сохранилось кое-где с тех пор, когда, что страна, называвшаяся тогда, до объединения с Занзибаром, Танганьикой, была немецкой колонией.
В языке суахили, официальном языке страны, в которой каждое из множества племен говорит на своем языке, много арабских заимствований. Так, президента республики здесь называют по-арабски: «раис ва джумхури», на улицах часто можно услышать «салам», «шукран», «сук» и другие знакомые нам арабские слова. Интересно, что «спасибо», «шукран», они из арабского взяли, а вот «пожалуйста» — нет.
Но пришло время подвести итоги. Общее впечатление от поездки безусловно положительное. То, что мы и поездили по стране, и сделали сафари, дало нам возможность увидеть относительно полную картину жизни страны, познакомиться с ее жизнерадостными, симпатичными и добросердечными жителями. У меня нет опыта, чтобы утверждать, что Танзания — самая красивая страна континента, но то, что она очень разнообразна и даёт множество возможностей для туризма — несомненно.
Нелегко — да. Пыли пуд съешь — да. Но и удовольствия пуд. Организатор нашей поездки, израильтянка, живущая тут лет десять, развернула перед нами такую картину возможностей, что захотелось ещё. Но зовут на посадку, и остаётся сказать: «Asante, Tanzaniа! Kwaheri», «Спасибо, Танзания! До свидания».