ДЕНЬ 1
Поскольку этот день возник неожиданно и был «нерабочим», то и описание его — преамбула, рассказывающая о всех перипетиях и злоключениях, предшествовавших поездке. Вернуться в Германию я хотел давно. Я немало поездил по ней в 90-е, юг, запад, восток и север, но когда из любопытства решил посмотреть, сколько мне нужно дней, чтобы познакомиться с этой страной основательно, получил цифру 47.
Пришлось разбивать на три маршрута. И вот я, наконец, начинаю первый этап: озеро Кенигзее, переезд в район Гармиш-Партенкирхена через Австрию, три дня там с походами и поездками по природе, после чего, в основном, по фахверковым городкам до Франкфурта.
При заказе билетов в феврале я потерял бдительность в ситуации, когда вернулись почти все авиакомпании, и, нацелившись на экономию, приобрел билеты на Aegean, да ещё с пересадкой (позор, правда?), хоть и с коротким ожиданием, ну, и ночной: люблю экономить день, а недосып, хотя и нелегок, пока мешает не очень.
Вот в недавней поездке, прилетев в Барселону утром, почти без сна, провел в машине пять с половиной часов чистой езды до южного побережья Франции без проблем.
Когда дошло до дела, началась нервотрепка с отменами. Aegean вернулись за два дня до моего полета, но эйфория была недолгой: на следующий же день — снова отмена.
У меня опустились руки, но моя спутница пресекла мои упадочнические тенденции и нашла замену в виде трёх отдельных полетов: туда Аркией и Aegean через Афины, а обратно прямой полет Эл Ал’ем. Вышло даже на 55 евро дешевле (при условии получения полного возврата), но эту экономию с верхом в сто с чем-то евро съела необходимость заказа двух гостиниц с трансфером, так как вылет оказался на 22 часов раньше, а обратный полет — на 28 позже, все через ночь.
И вот лечу, с получасовым опозданием. Немного вздремнул, компенсируя усталость последнего суматошного дня. И вот уже проплывают внизу бесчисленные греческие острова и островки. Вот один, похожий на омара с задними лапками грызуна, между клешнями которого приютился поселок, как и на многих других островках, сверху кажущихся непригодными для жилья. Спохватился, что надо было его снять, но было уже поздно. Снял другой, чтобы было хотя бы что-нибудь.
Посадка, трансфер. Вполне приемлемый ночлег с кондиционером, в 15 минутах, 49 евро за одного, 20 евро трансфер. Водительница даже, пыхтя, втащила мой чемодан на второй этаж. Чайник, чай, тостер, нагревший захваченную из дома питу с сыром. Все, отчитался, надо немного поспать, завтра подъем в 5.45. Всем удачных полетов без отмен.

ДЕНЬ 2
По пути в аэропорт я надоедал водительнице вопросами по греческому языку, заодно рассказав ей, почему «банк» на греческом называется «трапеза», уяснив для себя, что «трапеза» первоначально — всего лишь лавка, на которой сидели при приеме пищи (а наше слово «банк» — от итальянского «banka» — лавка, на которой сидели на улице менялы — предшественники банкиров.)
В аэропорту имела место тройка курьёзов, характеризующих эффективность его служащих. Не понадеявшись на телефон, я распечатал посадочный талон и благополучно его потерял. Над стойками регистрации была надпись «Нужен посадочный талон.» Не имея такового, я обратился к распорядительнице, которая направила меня в совершенно неподходящее место. Вернувшись, я без проблем прошел регистрацию. Вручая мне посадочный талон, служилый проинструктировал меня: «Посадка начинается в восемь минут пятого.» (Полет был в 8.35.) Я ему: «Может, в пять минут восьмого?» «Да, — ответил он. — В 7.55.»
В зале ожидания я решил выпить кофе, не надеясь по памяти на немецкий кофе. Заказал эспрессо. Бариста уточнил, какой степени сладости я хочу получиться мой кофе, и вручил его, к моему удивлению, в высоком стакане и за высокую цену в 4.80. Хлебнув, я понял, в чем дело: он сделал мне холодный кофе. Попросил заменить, что было сделано без проблем, а цена снизилась до нормальной в 1.90. Правда, 10 центров сдачи я не получил, видимо, решили компенсировать себя за дополнительные труды. Кофе был отличный, поколебав мою уверенность в приоритете итальянского или португальского.
Вот и посадка. Мобилизовав предельно скудные, в несколько слов, запасы своего греческого, сказал: «Калимера» встречающим стюардессам. Последний ряд, не отклонишься. Что ж, не хотел платить, довольствуйся тем, что дадут. Взлетели. Вскоре по салону поплыл искусительный сапах выпечки и кофе. Предложили на выбор сэндвич с омлетом или сладость. Выбрал последнее, оказавшееся каким угодно, только не сладким. Кофе, питье — пожалуйста.
Да, никто, наверное, ещё не дошел и в этом до такой степени жадности, как израильские авиакомпании. Эфиопская, например, пожалуй, перестарались: кормит полным обедом даже во время двухчасового полета из Адис-Абебы в Килиманджаро. И это после недавно съеденного обеда в полете из Израиля.
Пришло на память, как хитро уклонилась от кормления пассажиров компания, которой я когда-то летел из боливийского Ла Паса в Чили. Пятичасовой полет, ожидание кормёжки. Чилийцы придумали своеобразный способ влета в страну: таможню и паспортный контроль они проводят, посадив самолёт на аэродроме в пустыне Атакама вскоре после пересечения границы. После взлета оттуда я безуспешно ждал подкрепления, которого не последовало. На вопрос о причине стюардесса ответила, что это уже внутренний полет, а на внутренних полетах не кормят.
В том же аэропорту я столкнулся с необычным для подобных мест примером понимания и чувством солидарности. Я положил в ручную кладь сувенир «ла кабеса«, «голова» — физиономию, нарисованную на сухом твердом плоде, в котором тарахтели семена. Таможенник сказал, что семена к провозу запрещены. Мои попытки убедить его, что они давно высохли, умерли и прорасти не могут, а выбрасывать симпатичный сувенир жаль, он отклонил, но предложил проделать отверстие и вытрясти семена, на что я с радостью согласился. Он достал ножик, совершил процедуру и вернул мне уже «кошерный» сувенир. Все это время самолёт ждал меня, последнего недостающего пассажира. Уникально.
Дописав эти слова, я глянул на часы. Ужас! Опаздываем, машина под угрозой. Полностью исчерпав свои запасы греческого, я сказал стюардессам: «Эвхаристо» (все, теперь только «Гутен морген» и «Данке шен'») и бросился вперед. И только войдя в аэропорт и глянув на часы, ещё раз убедился в наступающем маразме: забыл о разнице во времени. Самолёт не только не отстал, он нагнал 10-минутную задержку и приземлился на 10 минут раньше времени.
И вот мы сидим в нашем роскошном новом лимузине и отправляемся в путь. Навигатор, заведя нас на какие-то боковые дороги, замолк. Без его голоса ехать стало очень трудно, и мы потратили на дорогу до озера Кимзее около двух с половиной часов вместо обещанных полутора.
Городок Гштадт-aм-Кимзее (Gstsdt am Chiemsee) оказался тихим и немного сонным, а виды на озеро и виднеющиеся за ним горы навевали покой и умиротворение. Но организм потребовал подпитки, и мы отправились искать ресторан непременно на берегу. Нашли, и это оказался японский ресторан, называвшийся, естественно, «Вид на озеро». Думал ли я, что мое первое знакомство с японской кухней произойдет в Германии, да ещё в глубинке?
Еда была вполне приличная. Затем мы отправились в поездку на катере по достопримечательностям озера. Первая остановка была у острова Фрауэнкимзее с одноименным женским монастырем, где мы не сошли из-за нехватки времени, а вторая — у острова Херренкимзее с одноименным мужским монастырем. Но главная его достопримечательность — летняя резиденция короля Баварии Людвига II, спустившего на строительство этого и ещё двух знаменитых дворцов — Нойшванштайна и Линдерхофа — почти всю государственную казну.
Мы могли успеть на последнюю 40-минутную экскурсию по дворцу — имитации Версаля, но снова решили не делать этого: время поджимало. Но я видел оригинал и моим спутницам пожелал того же. Замок стоит в красивом окружении лесопарка. Перед ним — три огромных фонтана, один — копия фонтана в Версале, а два других — копии фонтанов в испанском королевском дворце Ла Гранха. Фонтаны очень красивые, но струи в них время от времени перестают изливаться, видно, с целью экономии воды.


Вернувшись на материк, мы двинулись на долгожданный ночлег в районе знаменитого озера Кенигзее. И снова навигатор, сказав два слова, замолчал, и мы снова начали описывать круги. В «Кимзее Апартмент», собственно, апартотель, приехали уже после восьми и впервые встретились с необычным способом заселения в виде объявление, в котором для приезжающих поздно сообщается номер их комнат. Ключи и анкета для регистрации в номере. Очень удобно. Завтра начинаем осваивать озеро и его окрестности.
ДНИ 3 — 4. На озере Кенигзее
Гостиница наша на Кенигзее получилась довольно далеко — в городке Инцель (Inzell), в 40 минутах езды от озера. Неплохая, но с крохотными спальнями, куда невозможно даже занести чемодан, а моя ещё и без окна, так что ночью было жарко. В первый день нас сильно задержали организационные дела, и на прогулку по озеру мы выбрались уже, поланчевав (кстати, пока вся еда в этой поездке была от средней и ниже), и отплыли в 14.00.
Шел мелкий дождь, по почти отвесным склонам, спускавшимся к озеру, ползли туманы, но это только добавляло картине романтичности и атмосферы, не уменьшая красоты. Не знаю, почему, но длинная вытянутая форма озера оказалась для меня неожиданной. Доплыв до конца, мы прошли к небольшому озеру Оберзее (минут 15 ходьбы), после чего я вернулся к причалу, а мои спутницы прогулялись дальше по долине (за час с четвертью там можно дойти до водопада), так что отплыли мы в обратный путь на одном из последних катеров (последний отходил в 17.10; летом, возможно, позже). Озеро несомненно красивое, но из увиденных мной я все же отдаю первенство канадскому озеру Мэлайн (или Малинь, Maligne, потому что название ему дали французы).

Следующий день был более насыщенным. С утра распогодилось, и мы отправились к Келльштайнхаусу (Kellsteinhaus) — зданию, выстроенному нацистами в 1938 году на вершине Келльштайна, скалистого выступа на высоте 1834 метра для проведения правительственных и общественных встреч. Это место известно под названием «Орлиное гнездо».
Само здание никакого интереса не представляет, но виды от него замечательные, особенно, если подняться выше, на смотровую площадку. Сейчас в нем ресторан, но мой суп с огромным хлебно-сырным кнейдлом, в котором плавало несколько чечевичных зёрен, я отставил после первой же ложки из-за полной несъедобности, а гуляш, заказанный одной из моих спутниц, был в лучшем случае никаким. Чтобы попасть в Келльштайнхаус, нужно доехать до т. н. Центра документации (Documentacion), откуда специально модифицированный электрический автобус проходит по узкой крутой дороге последние 6 км до вершины.

Проезд на автобусе стоит 31,5 евро; в эту сумму включен и вход в Келльштайнхаус. От автобуса вглубь ведёт 124-метровый туннель, завершающийся лифтом, поднимающим посетителей сквозь толщу горы на 124 метра к самому дому. «Безлошадники» могут добраться до Центра документации на автобусе 838 от вокзала городка Берхтесгаден (Berchtesgaden) за 5.6 евро в оба конца. Цены на заурядные сувенирные магниты китайского ширпотреба, стоящие во всей Европе 3 — 3,5 евро, стоят в этих местах (и дальше в Австрии) 5 — 6, а возле Келльштайнхауса — 10. Драть, так драть.

В Берхстесгадене, спустившись с гор, мы сходили на экскурсию в солевую шахту. Получилось так, что ни в австрийском Халльштадте, ни в польской Величке, ни в Румынии в солевую шахту я не попал, так что эта подвернулась кстати. Нам выдали комбинезоны, и группа отправилась в путь. Вглубь горы посетителей везёт электропоезд.
Содержание соли в горной породе не превышает 50 процентов, так что окружающие туннели и залы шахты стены совсем не белые; цвет их зависит от преобладающего на данном участке минерала, и местами очень красив. Но если лизнуть, стены соленые. (В конце экскурсии можно попробовать крутой солевой раствор, который, странное дело, оставляет после того, как проходит резкий соленый вкус во рту, приятное послевкусие.)
Рабочие в шахте (и туристы) спускаются с одного уровня на более глубокий, соскальзывая туда по примерно 30-метровому крутому, градусов в 45, деревянному желобу, отполированному до блеска многими тысячами тел. С непривычки скатываться страшновато, хотя понимаешь, что это безопасно. Этот «аттракцион», а также проплыв на барже по зеркальному солевому озеру оказались самыми интересными моментами экскурсии. Нельзя сказать, что она было лишней, но взимаемые за нее 25 евро — явный перебор.

После шахты мы проехали по платной панорамной дороге, с которой не увидели ничего нового по сравнению с тем, что видели и без нее, не говоря уже о дальнейших дорогах в Австрии. Так закончилось наше знакомство с этим местом, которого я ждал 41 год после того, как пролетел мимо по шоссе из Мюнхена в Зальцбург, который отсюда в 25 километрах. Можно, постаравшись, ограничиться одним днём.
ДНИ 5 — 6. Австрийский участок маршрута

Недалеко от озера Кенигзее мы пересекли, пользуясь практически не существующим уже в Европе термином, границу с Австрией на пути в курортный городок Целль-ам-Зее (Zell am See). Городок приятный, но не более, на берегу очередного из бесчисленных австрийских озёр. На его центральной площади — в основном романская церковь с непривычного вида колокольней, заканчивающейся крышей без шпиля.

Погуляв и посетив один из множества здешних ресторанов почему-то, в основном, итальянских, мы поехали в соседний Капрун (Kaprun), крупный центр горнолыжного спорта. Тут можно подняться на одном из подъемников на высоту более 1500 м, а на другом — к леднику на высоте более 3500 метров. На первой высоте мы накануне побывали, а для подъёма на вторую надо было расстаться с 75 евро, что нас не устраивало, да и было поздно: на последний подъем в 15.30 мы уже опоздали.
Но зато совсем рядом было место, ради которого переезд от Кенигзее в Гармиш-Партенкирхен и был запланирован по Австрии. Это пробитое потоком ущелье Зигмунд Тун (Sigmund Thun Klamm), круто спускающиеся с горы. Длина его всего 320 метров, так что подъем вдоль него по крутым лестницам не успевает утомить.
Вспоминается поход по ущелью реки Ааре в Швейцарии, но тут все значительно драматичней, круче, вода грохочет по узкому, иногда чуть ли не смыкающемуся ущелью в хаосе больших плоскостей, наклоненных друг к другу под миллионом углов, как будто абстрактный небесный скульптор яростно рубил слоистую каменную породу гигантским секачом. Полный восторг.
Ущелье завершается запирающей его плотиной, создавшей искусственное озеро Кламмзее (Klammsee), вокруг которого можно сделать обход и вернуться к машине, с одной стороны по широкой тропе, а с другой – по требующей определенных усилий тропинке. Через плотину тонким слоем переливается вода, образуя красивый водопад-занавес. Плотина и резервуар — часть системы выстроенной здесь гидроэлектростанции, включающей также выдолбленные в толще гор огромные залы для турбин.



Отправившись после ущелья в дальний путь к месту ночлега, я, к счастью, проскочил нужный поворот. К счастью потому, что вместо более короткой северной дороги на Инсбрук мы поехали по более южной и более длинной (и на одном из участков платной, 12,5 евро) дороге, идущей по долине Герлос (Gerlos) с местами невероятной красоты.
Это дало моим спутницам возможность впервые, а мне через 41 год увидеть, пусть и с дороги, знаменитые Криммльские водопады (по сути, каскады), а с одной из смотровых площадок полюбоваться видом на водопады и горы, от которого было трудно оторваться. Не хуже был и вид от прилепившегося к склону домика с нашим ночлегом (никого нет, заходи и живи, ни тебе ограничений времени заезда, ни кода для получения ключей), к которому вела крутая дорога, лишь немного шире машины, а от окна невозможно было отойти. Замечательный, вдохновляющей на дальнейшие подвиги день, который не смогло испортить даже редкое в наши дни отсутствие Vi-Fi в месте ночлега.

Следующее утро началось в бодрящей прохладе жилья, где единственным теплым местом была ванная с обогревателем. Надежда, что наш маршрут поведет нас по дороге, уходящей в живописное ущелье между двумя хребтами, которое мы видели из окна нашего домика, не оправдалась; вместо этого мы должны были вернуться, чтобы выйти на шоссе на Инсбрук. Оно проходило мимо музея Сваровски. Мои спутницы радостно отправились туда, а я остался в машине, чтобы написать эти строки и вздремнуть.

Потом был Инсбрук. С большим удовольствием прошлись по его элегантному центру, любуясь красивыми, со вкусом разрисованными зданиями. Долго искали место, чтобы поесть, но тут, как и в Целль-ам-Зее, на каждом шагу были только итальянские рестораны и пиццерии. Наконец, нашли небольшой ресторан, специализирующийся на блюдах на основе белой спаржи, очень изысканных и необычных. И, естественно, дорогих. Но вкусных.

Из Инсбрука поспешили к ущелью Лойташкламм (Leutaschcmklamm) на самой границе Австрии и Германии. Ущелье красивое, но со вчерашним не сравнить. Самый лучший вид тут — с Панорамного моста. Ущелье заканчивается 23-метровым водопадом. Чтобы увидеть этот водопад, нужно спуститься к его подножию по крутой тропе (и затем по ней же вернуться). Более того, спустившись, я узнал, что подход к водопаду закрыт. Могли бы где-нибудь повесить объявление.

Из-за нехватки времени буквально взлетел наверх, удивив самого себя. В результате всех блужданий мы пропустили крайний срок заселения в гостиницу в Гармиш-Партенкирхене (до 18.00) и вынуждены были на одну ночь снять другую. Неорганизованность наказуема, особенно в Германии. Но и устроено это странно. Никогда не встречал таких суровых условий для туристов, а во время поисков гостиниц видел и такие (в Австрии), что ограничивали заезд до 17.00. Ужасно неудобно.
ДНИ 7 — 9. ГАРМИШ-ПАРТЕНКИРХЕН
Наше незапланированное место ночлега оказалось в получасе езды от Гармиш-Партенкирхена, уже в Австрии. Замечательные и недорогие апартаменты. Утром выяснилось, что мы совсем рядом с местами, намеченными на этот день. Однако день этот получился не очень наполненным и довольно невыразительным.
Первой остановкой должен был быть водопад Хэсельгер (Haeselgehr), но, когда раздалось: «Вы прибыли на место назначения», вокруг не было никаких признаков чего-либо подобного. Ни души, идти искать в дождь не хотелось, и мы поехали дальше. О подъёме на утонувшую в облаках и тумане гору Цугшпитце (Zugspitze), самую высокую гору Германии (2973 м), по которой проходит граница между Германией и Австрией, не могло быть и речи.
После того, как в Португалии не удалось пройти по известному подвесному мосту, очень хотелось пройти по здешнему подвесному мосту Highline179, но оказалось, что он проложен над дорогой и развалинами небольшого замка, в котором сейчас музей. Я, может, и поднялся бы к мосту, но лифт не работал, а стимул для восхождения по очень крутой тропе был недостаточный. Над входом на мост возвышаются ещё одни руины, довольно романтические.

Отсюда вернулись в Германию на озеро Эйбзее (Eibsee). Озеро оказалось совсем заурядным, а поход вокруг него должен был занять два — три часа, которых уже не было. У паркинга возле озера — подъемник на Цугшпитце с немецкой стороны (читал, что с австрийской интересней), так что эти два объекта при желании удобно совместить.
Вернувшись в Гармиш-Партенкирхен, мы заселились, наконец, в наш апартамент (очень хороший, с двумя туалетами и душевыми кабинами — редкий случай) на самом краю города и с видом на горы. Перед этим мы отлично пообедали в кафе «Das Kafe Boersa» со вкусной едой, большими порциями и нормальными ценами (Ludwigstrasse 103). Два ее владельца — явные энтузиасты своего дела, которые хотят не просто заработать, но и доставить удовольствие клиентам.

Второй день был более удачным. Из описаний я решил, что поход по ущелью Партнахкламм (Partnachklamm) — очень длинный и сложный, но оказалось, что само ущелье короткое, а все остальное — походы по маршрутам в окружающих его горах. От стоянки к ущелью — полчаса ходьбы (можно подъехать на повозке, запряженной парой лошадок).
Ущелье красивое, мощное, с грохотом воды и местами почти смыкающимися стенами. Вдоль него пробит туннель с окнами, идущий с очень небольшим подъемом. Билеты для входа можно приобрести в туристской информации у стоянки, в кассе перед входом и в автомате перед самым турникетом. Пройдя за 15 минут ущелье, можно продолжить прогулку в двух направлениях: в одну сторону до хижины на почти километровой высоте (45 минут, обратно можно пойти другим путем и 35 минут дойти до нижнего входа в ущелье), а в другую — 35 минут до верхней остановки подъемника.

Зная все это заранее, я бы, пожалуй, выбрал такой вариант: подняться на подъёмнике (начало его перед входом в ущелье) и спуститься вниз, пройдя через ущелье в обратном направлении. Ко времени окончания нашего похода по Партнахкламму шедший все утро дождь прекратился, и, вдохновлённые этим, мы отправились в Обераммергау (Oberammergau).
Эта деревня известна тем, что в ней уже 380 лет каждые 10 лет устраивается представление о Страстях Господних, охватывающее последний период в жизни Иисуса — от въезда в Иерусалим до казни. Все участники представления — актеры, певцы, музыканты и технический персонал — жители деревни. В последний постановке 2022 года участвовало более 2000 человек. Известна эта деревня также резьбой по дереву (изделия очень дорогие) и большим количеством расписных домов. Мы не спеша погуляли тут, пообедали, пофотографировали (особенно хорош дом, расписанный сценами из сказки «Гензель и Гретхен»).


Из Обераммергау мы поехали к Виской церкви (Wieskirche) XVIII века — шедевру баварского рококо. Из моего давней поездки в эти места мне почему-то помнилось, что снаружи она очень простая. Оказалось, что она и снаружи красиво украшена в палевых тонах. А в интерьере — буянье рококо, красиво расписанный потолок. И ни души. Может, потому, что шел уже седьмой час. Церковь открыта с 8.00 до 20.00, что очень удобно и облегчает возможность ее посетить. На обратном пути проехали мимо огромного монастыря Этталь (Kloster Ettal), который тоже стоило бы посетить, приедь мы раньше.


Третий день в этих местах начался, наконец, без дождя. Мы совершили поход к водопадам Кульфлухт (Kuhlfluchywasserfaelle), тремя каскадами спускающимся к деревне Фархант, фактически пригороду Гармиш-Партенкирхена. Из трёх точек выхода на маршрут я выбрал небольшой (и бесплатный) паркинг на Loisachstrasse 4, Farchant, от которого до водопада 50 минут ходьбы.
Относительно несложный подъем по красивой узкой лесистой долине приводит к мосту через поток, с которого можно сделать один из самых лучших кадров поездки. После моста — предупреждение «Конец безопасного пути. Дальше вы идете на свой страх и риск” (перестраховщики, ничего опасного) и короткий крутой подъем по ступенькам к нижнему каскаду. На карте изображена тропинка к верхнему каскаду, но в действительности ее не существует. Но и без этого прогулка была очень приятной, первый раз без дождя. В одном месте у реки устроен крохотный бассейн с лежаками.


В завершение дня мы прошлись по Людвигштрассе, фотографируя снова и снова расписные дома, мимо которых невозможно было пройти, не щелкнув. После этого я под начавшимся снова дождем отвёз своих спутниц на вокзал, откуда они уезжали в Мюнхенский аэропорт. Дальнейшую часть поездки я совершу в гордом одиночестве.

День 10. МЕММИНГЕН
С утра ещё накрапывало, но до моего отъезда дождь прекратился. Кажется, дождливая полоса позади. Город пуст: сегодня религиозный праздник, все закрыто. По пути на север решил сделать небольшой крюк и заехать в монастырь Этталь. Его церковь оказалась необычной: один большой круглый зал внутреннего пространства и один маленький вместо апсиды.
Огромный купол над большим залом прекрасно расписан. Опять роскошное рококо с большим количеством золота, но все очень элегантно, уравновешено. Сфотографировать не смог: шла служба. Из дверей снял уголок изящного балкончика непонятного назначения. Может, для высоких особ. Монастырь известен своими сырами, пивом и ликерами.

Следующую остановку на пути в Мемминген я сделал в городке Мурнау (Murnau). Прошёлся по главной его улице, сфотографировал очередные красивые здания и Мюнтерхаус, называемый еще «Русским домом» (Russenhaus), где несколько лет жил Василий Кандинский со своей невестой немецкой художницей Габриэле Мюнтер и где они принимали других художников созданной им группы «Синий всадник», в том числе Алексея фон Явленского. К сожалению, дом был закрыт.

В Мемминген я приехал рано, так что сразу отправился в поход по городу. Я успел сфотографировать несколько зданий, в том числе необычной архитектуры ратушу, после чего заметил на одной из улиц толпу в несколько десятков, может быть, сотню человек. В основном, пожилых, но не только.

Подойдя поближе, я увидел израильские флаги и ленточки солидарности с нашими заложниками. Оказалось, что это «Марш жизни» христианской организации, ставящей своей целью борьбу против антисемитизма и распространение правды об Израиле. В момент, когда я к ним подошёл, они зачитывали имена 139 жителей города и окрестностей, погибших во время Катастрофы. Когда они закончили читать, я подошёл к микрофону, назвался и поблагодарил их за поддержку и теплые чувства к нашей стране.
В ответ многие из них подходили ко мне, жали руку, обнимали. У одного старика слезы стояли в глазах. Было очень трогательно. Некоторые из них немного знали иврит. Я прошел с ними весь маршрут марша на почетном месте — во главе колонны. На остановках один из организаторов марша рассказывал о Катастрофе, празднике Симхат-Тора, трагедии 7 октября, истории еврейской общины города, а красивая девушка Анна, только-только вернувшаяся из Израиля, где участвовала в марше народов, пела на иврите израильские песни и Атикву — наш гимн. У меня не раз во время поездок случались неожиданные встречи и попадания, но такое…

День 11. Снова Мемминген и замок Гогенцоллернов
С утра походил ещё немного по Меммингену, поснимал: городские ворота, фонтан, Дом с семью крышами. По улочкам, названным по гильдиям — Кожевников, Переплетчиков и разных других профессий. Очень мне понравился этот город, недаром о нем такие хорошие отзывы. Расставаться было жаль, что бывает у меня не часто. Последний раз это было с португальским Гимараэншом. Хочу ещё порекомендовать гостиницу, в которой ночевал. Название у него какое-то канцелярское, не внушающее доверия: A2 Boarding House. Но оказался совершенно новый отель, с иголочки, все в светлых тонах. Мой одиночный номер был крошечным, но в нем было все необходимое, включая кухонный уголок (со странным предупреждением: «Уборка кухни не входит в стоимость уборки номера»). И при этом довольно просторная ванная, с нормальной душевой кабиной (после предыдущих гостиниц, где эти кабины были такие, что крупному человеку в них не только мыться сложно, но некоторым и не поместиться).


День этот был с длинными дорогами, но бедный объектами, и я добавил в него Блаубойрен (Blaubeuren). Дорога туда шла через окраины Ульма (Ulm), и я не мог отказать себе в удовольствии свернуть в его центр, чтобы ещё раз увидеть его Мюнстер, готический собор (заложен в конце XIV века и закончен лишь в XIX-ом) с самым высоким в мире шпилем (161 метр с хвостиком). Огромный пятинефный храм может вместить до 20 тысяч человек.
Блаубойрен оказался малоинтересным, но сказано ведь: «Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть». А я ещё и не жалею никогда в таких случаях.
Затем после длинного переезда, в основном, по малым пустынным дорогам через поля и леса (люблю такие) вдали показались шпили замка Гогенцоллернов (которые вообще-то Хоэнцолллерны). Неоготический замок XIX века стоит на высоком холме, скорее, горе, с которой вид почти как с самолёта. Я почему-то решил зайти, хотя в последнее время в такие места, как правило, не захожу. Это решение лишило меня 29 евро. Многовато. Стоянка далеко от замка, и к нему взявших билеты подвозит шаттл. Замок открыт до 18.30, касса и вход — до 17.30.

День 12. ДОЛИНА НЕКАРА
На сегодня было запланировано посещение четырех городов. Первым из них был Эслинген-на-Некаре (Esslingen-am-Nekar). Растянувшийся вдоль Некара между рекой и покрытыми виноградниками холмами Эслинген — центр виноделия этих мест, о чем свидетельствуют магазины вин с дегустацией и очередь в одном из заведений за бокалом белого вина, видно, какого-то здешнего винного хита.
Хотел и я встать в эту очередь, ведь белое вино — это мое, но очередь была большая, времени было мало, и я пошел дальше. И напрасно, такие вещи пропускать жаль. В городе много красивых фахверковых домов (в первую очередь, старая ратуша), необычный готический собор Св. Дионисия XIII века с двумя башнями, соединёнными мостом. Туристов довольно много, но толкучки нет, все как-то спокойно.
Сейчас, вечером, я не понимаю, почему не зашёл в собор посмотреть на витражи XIV века и другие интересные вещи в интерьере, всегда ведь захожу. Не пошел также в Маленькую Венецию (Kleine Wenedig), место, где рукава Некара напоминают венецианские каналы. И там же застроенный домами мост конца XIII века, второй самый старый в Германии. И плотина, построенная в виде крытого моста. Кончалось время стоянки, продлить было нельзя, и я уехал. Но на субботний рынок зашёл, как же — ягоды, сыры.


Следующий город, Плохинген (Plohingen), тоже стоит в долине Некара. Он небольшой, интересных фахверковых домов немного, но зато тут есть здание, построенное Хундертвассером, а я его «болельщик», так что в любом случае мне туда надо было.


Затем был Ройтлинген (Reutlingen), немалый город с большим старым городом, но разбросанным и не очень интересным. Но пару ворот и старая ратуша тут неплохи.

Дальше шел Тюбинген (Tübingen). Здесь я уже не стал ходить, изнуренный за целый день жарой (30 с влажностью), а подъехал поближе к центральной площади старого города, Марктплац, бросил машину и сбегал туда заснять. А там такая старая ратуша, какой ещё не было. Огромный фахверковый дом, да ещё потрясающей разрисовки.
Стал ставить фото в пост, а видео Тюбингена нет, не снялось. В общем, за этот день мне слабая троечка. Некоторым оправданием может служить то, что выехал в этот день очень поздно, в 10.30, так как были проблемы. А вечером мне прислали из Меммингена фотографию статьи из местной газеты о марше жизни, в котором я участвовал.
День 13. От Некара до Майна – 1
Выехав рано, я решил вернуться в Тюбинген, досмотреть, благо близко. Воскресенье, со стоянками проще. Громадная старая ратуша на этот раз согласилась сфотографироваться, а с ней на видео попала и группа израильских туристов, шагавших, как и я, по пустынному ещё городу. Выпив первую на сегодня чашку эспрессо в только что открывшемся кафе (и очень хорошего; как же изменилось положение с этим в Германии с тех пор, когда я был тут 30 лет назад, когда для этого нужно было искать итальянское заведение), я выехал в дальнейший путь.

И тут мне в голову пришла мысль: а не слетать ли мне ещё и в Эслинген, я ведь и там недосмотрел. Подумано — сделано. И это оказалось большой ошибкой. «Маленькая Швейцария» оказалась никакой, недаром в городе нет на нее указателей. Зашел, правда, в собор.
А когда садился в машину, ко мне подошли двое полицейских: «Ты час назад пытался запарковаться вон там и дотронулся до соседней машины?» «Было дело, — говорю — но никаких повреждений.» «Во-первых, это ещё вопрос, а во-вторых, по закону в этом случае запрещено уезжать, надо звонить в полицию. Люди видели и сообщили нам.» «Не знал» — говорю. «Незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение. А когда едешь куда-нибудь, надо ознакомиться с правилами вождения в этой стране. А сейчас ты уголовный преступник, и мы тебя задерживаем.» Взяли документы, в том числе международные права (ау, те, кто говорят, что никогда их не делают и они не нужны!), и пошли к «месту преступления». Он указывает на крохотную, с трудом заметную потертость на той машине. «Не может это быть моя работа, это на наружной стороне бампера» — говорю. Идём в участок.
Полицейский звонит в прокуратуру, объясняет ситуацию. Долго заполняет разные протоколы. «Не беспокойся, — говорит, — скорее всего, штрафа от прокуратуры не будет, очень уж повреждение незначительное, да и не наверняка твое. Но вот тебе ещё письмо, отдашь его в Авис, когда будешь сдавать машину, они должны будут позвонить хозяину машины, выяснить, потребует ли он компенсацию, и сообщить мне.» Вот так это у них делается и так я поплатился за то, что не сообразил, что съёмная машина больше моей, не влезаю. Теперь все зависит от милости прокурора и хозяина машины. (Сейчас, когда я пишу эти строки, прошло почти три месяца, пока ничего.)

Начав, наконец, выполнять сегодняшнюю программу, я поехал в Кальв (Calw), небольшой городок, вымерший по случаю воскресенья, с очередным набором фахверковых домов. Они стояли сплошным рядом, что усиливало впечатление.

В последовавшем затем Пфорцхайме (Pforzheim) на месте разрушенного в войну старого города построен очень красивый современный район, где мне, большому любителю современной архитектуры, было очень приятно походить для разнообразия. Есть в городе и башня 1903 года с витражами ар-нуво, но, когда я ее нашел, она оказалась на реставрации и полностью закрыта лесами.

Ещё я там сходил в Газометр, громадной газгольдер из блестящего металла, в котором немецкий художник иранского происхождения Ядегар Асиси создаёт гигантские панорамные изображения (32 м высотой и 110 м по окружности) на различные темы. Изображения, проецируемые на стены, он создаёт на основе своих фотографий и картин. Сейчас демонстрируется «Амазония». Очень красочно, с пением птичек, но можно было и пропустить – скорее для детей.
Внесённый в списки ЮНЕСКО монастырь Маульбронн (Maulbronn), который я посетил затем, начал строится в конце XII века. Это одно из первых готических сооружений в немецком мире. В церкви монастыря — очень интересная резьба по камню и дереву. И очень фотогеничные фахверковые дома самого городка Маульбронн.

По пути в Гейдельберг на ночлег я завернул в Шпайер (Speyer), где когда-то был, чтобы ещё раз глянуть на его романский собор, один из трёх романских соборов Германии. Он мне на этот раз не понравился. Каким-то тяжёлым показался. Но очень большой. А ещё есть в этом городе еврейский музей с остатками сооружений еврейской общины XII — XIV веков, в том числе одной из самых старых в Европе микв, ритуальных бассейнов, но туда я опоздал, музей был открыт только до 17.00, а в будние дни до 16.00.

День 14. От Некара до Майна – 2
После прошлой ночи в турецком клоповнике эта была роскошной в 3-звездочной гостинице в Гейдельберге. Да ещё с хорошим завтраком с набором примерно десяти сыров, один другого вкуснее. А вот в гараже несмотря на то, что было написано, что максимальная стоимость — 20 евро, касса выставила мне 30, и пришлось платить. Неприятно, но не смертельно.
Раз я уже в Гейдельберге, решил подъехать к замку. Взобрался на гору, но перед самым замком дорога была перекрыта, и я, сфотографировав какое-то замкоподобное здание, отправился в путь. Решил дополнить маршрут Вормсом, где когда-то был. Романский собор города XII века — самый маленький из трёх т. н. имперских соборов на Рейне – тут, в Шпайере и в Майнце.

Очень красивый романский фронтон собора, обращённый к городу, к сожалению, частично заслоняет чуть ли не вплотную выстроенное здание. Интерьер уже готический, а вся «начинка» главной апсиды (без наружного выступа, как обычно, потому что странным образом находится за главным фронтоном) и кафедра — барочные. Огромные горельефы на библейские темы.

От собора я поехал к Вюрмской синагоге, или синагоге Раши IX века, одной из самых старых в Германии. После тщательной реставрации она стала снова действующей и открыта для посещения. Построенная в 1034 году, синагога уже в 1096 была разрушена во время погромов и почти через сто лет восстановлена.
Далее был монастырь Лорш (Lorsch). Здесь сохранилось сооружение начала IX века, не то ворота с помещением над ними, не то сторожка с воротами под ней. Это сооружение из цветных кирпичей — прекрасный образец дороманской каролингской архитектуры с элементами римской.
Назначение его непонятно, а в литературе его называют ещё Королевским залом, по Карлу Великому, при котором оно было построено. Почему-то смотреть на этого пришельца из глубины веков было волнительно, чего не было никогда со значительно более древними сооружениями. (Ну, со сфинксом было, но это же сфинкс.) Рядом — ещё одно сооружение, примерно такого же типа, но о нем нигде ничего не сказано.

Дальнейший путь мой шел через городок Хеппенхайм-на-Бергштрассе (Heppenheim an der Bergstrssse). Он был у меня в планах, но я решил было его проехать. Однако из перпендикулярных дороге улочек он послал мне сигналы, и я понял, что заехать надо, развернулся, заехал в город, зашёл в несоразмерно большую для маленького городка церковь Св. Петра (ее называют «собором Бергштрассе’) и ахнул.
Вся в ярких витражах, с розетками в поперечном нефе, с полосой из 13 горельефов о Страстях Господних. Вот таких моментов мне не хватает в этой поездке, мало пиков, все ровно. И весь городок какой-то очень «настоящий», со старинной ратушей и кружком фахверковых зданий вокруг нее на центральной площади. Какая удача, что не проехал.

И последний на сегодня город, Мильтенберг (Miltenberg). Он стоит на третьей большой реке на моем пути, Майне, и у берега стоят немалые пароходы, ждут экскурсантов. Своя доля фахверка. Красивая башня с проездом — Вюрцбургские ворота. А на одном из домов — табличка: «Старая синагога (1791 — 1900). Новая была (1900 — 1938) там-то». Все ясно.

Ещё одна башня — на въезде на мост через Майн. А с моста видны на склонах, поднимающихся от городка, большие здания романтического вида и необычной формы замок. Красивое место!
День 15. От Некара до Майна – 3
Ясным солнечным утром я выехал в замок Меспельбрун (Mespelbrunn). Дорога идёт по густому смешанному лесу, кроны деревьев иногда смыкаются над головой. Замок стоит в чаше на берегу небольшого озерца, окружённый лесом. Замок небольшой и красивый, с круглой башней.

Войти можно только с экскурсией, которую надо было сколько-то ждать, и я пофотографировал и уехал в Дармштадт (Darmstadt). Этот город был центром ар-нуво, называвшегося в Германии югендштиль. От того периода остался ряд интересных зданий на Холме Матильды (Matildenhoehe) и в городе: «Свадебная башня» (Hochzeitsturm), которую называют еще «пятипалая башня», Музей колонии художников (Museum Künstlerkolonie), виллы в стиле ар-нуво, построенные работавшими в этом стиле архитекторами, которые поселились в Дармштадте, Русская часовня. Часовня эта была построена в 1897 — 1899 гг. в эклектическом русском стиле по планам Леонтия Бенуа и по заказу последнего российского императора Николая II на земле, привезенной из России. Район Холма Матильды — прекрасный, на краю парка, тихо, птички поют.




На центральной площади города, Луизенплатц, высится 33-метровая колонна со статуей Людвига I, великого герцога Гессенского. Центр города мне не понравился. Много тяжёлых «немецких» зданий, интересных мало, хоть и попадаются. Но ар-нуво покрывает все. А если добавить, что в городе есть огромное жилое здание под названием «Лесная спираль» (Waldspirale), построенное Хундертвассером, то становится ясно: в Дармштадте надо побывать.

День 16. Майнц и Франкфурт
Сегодняшний день был настоящим антиклимаксом — спокойным, без спешки, завершающим днём. В обоих городах я уже был, но будучи так близко, заехал снова. С утра, под моросящим дождиком, я отправился в Майнц глянуть на третий великий немецкий собор.

Подытожу: все они мне в этот раз понравились меньше. Все-таки за последние 30 лет я кое-что повидал. Во Франкфурте с удовольствием вернулся на знаменитую центральную площадь старого городах с рядом фахверковых домов, самый известный из которых — старая ратуша. Поднялся на мост через Майн, с него хорошо виден город, а том числе модернистские небоскребы финансового центра — стекло и бетон.

Должен признаться, что несмотря на то, что-то я с большим удовольствием увидел десятки, если не сотни немецких фахверковых зданий, французские мне все же нравятся больше (например, в городе Труа (Troyes)).
А между Майнцем и Франкфуртом был заезд в курортный городок Бад Зоден (Bad Soden) с ещё одним зданием Хундертвассера, намного меньшим, чем в Дармштадте, уютным, среди зелени, очаровательным. Здесь Хундертвассер не стремился, как там, избежать прямых линий, дом более спокойный, такая себе игрушка. Этим зданием я почти завершил знакомство с работами этого уникального архитектора. Ещё есть где-то на севере Германии. Может, ещё увижу. А пока завтра полет, снова израильские будни.

ГЕРМАНИЯ И НЕМНОЖКО АВСТРИИ – итоги
Маршрут этой поездки можно сократить дня на три и за счёт этого включить Зальцбург и альпийскую дорогу с ледником Гросглокнер. Хотя, думаю, что в Зальцкаммергут лучше съездить отдельно, поподробней. Можно включить и другие замки Людвига — Линдерхоф и Нойшванштайн, — они близко.
Надо сказать, что ощущения во время поездки у меня были иными, чем на Иберийском полуострове, куда я ездил три предыдущих года. Там даже в самых-самых местах не было такого ощущения «затурисченности», как кое-где тут, такой плохой еды, какая нередко попадалась. Удивило то, как ездят немцы (немцы ли? Нигде не видел такого количества иммигрантов, даже двух парней из Афганистана встретил). Пролетают на красный, даже на переходах. Дважды подрезали очень опасно.
Странно было, что крайне редко на домах можно увидеть название улицы, чаще всего нет названий улиц и на перекрестках. Может, потому что 30 лет не был в Германии, подзабыл. Дважды были проблемы с турецкими владельцами гостиниц. Удивило также огромное, просто подавляющее количество итальянских ресторанов и пиццерий, в Инсбруке даже надписи на улицах на двух языках, хотя он и не рядом с Италией.
Тем не менее, планирую продолжить от Франкфурта на север до Дании (в той части Германии я был только в Гамбурге, Бремене и Любеке), затем на восток до конца Германии и вниз до Берлина. А потом дальше на юг, включая Вернигероде и прочий фахверк, до Дуная и в Мюнхен. Но, как говорится, «Дай бог нашому телятi вовка з’їсьти.» Всем здоровья, интересных поездок и мирного неба.

